Практика протезирования, теория адаптации – новые знания тела

Протезы и ортезы, корсеты и бандажи, ортопедическая обувь – обеспечить людей с нарушениями опорно-двигательного аппарата, инвалидов и ветеранов войны такими бесплатными вспомогательными техническими средствами – не единственная задача Республиканского Протезно-Ортопедического Экспериментального Реабилитационного Центра (РПОЭРЦ) в Кишиневе. Журналистам BRW Magazine показали работу предприятия изнутри. Какие еще услуги предоставляет центр и как пациенты адаптируются к инородному телу, расскажут директор государственного предприятия, начальник отдела первичного, сложного и атипичного протезирования и инженер-протезист.

Фото: Екатерина Жданова

Рождение центра приходится на 1945 год. В то время это были протезные мастерские, затем Протезный завод, а начиная с 2002 года его функции расширились. До этого года не предусматривались консультации, лечение и реабилитация особой категории граждан, нуждающихся в медицинской помощи. Тогда занимались только изготовлением протезов и ортопедической обуви, сейчас открыты и стационары. РПОЭРЦ – единственное такое предприятие в Молдове, потому действует оно в рамках всей страны и держит связь со всеми больницами республики. И если инвалиды разных категорий и ветераны войны пользуются услугами центра бесплатно, то в РПОЭРЦ также могут обратиться и пациенты, которые перенесли травму и нуждаются, к примеру, в ортезе. Или даже иностранцы. Но в таком случае эта медицинская помощь оплачивается согласно приложению к постановлению правительства №567 от июля 2011 г.

«Наш центр – 70% самого производства и 30% – медицинская реабилитация. Говоря о производстве, подразумеваются вспомогательные механические приспособления: 12 типов протезов для верхних конечностей, 23 типа протезов для нижних конечностей, 22 вида ортезов и корсетов, 19 типов бандажей и 73 модели ортопедической обуви. Если говорить о реабилитации, то в нашем стационаре действует 4 отделения, – вводит в курс дела директор РПОЭРЦ Вячеслав Тизу.

– Первичное протезирование – это не просто изготовление протеза, это и помощь в преодолении психологического барьера и адаптации к искусственным аналогам. Уже вторично мы можем сделать протез и без того, чтобы впоследствии его разнашивали непосредственно в больнице под наблюдением. Шок есть у всех первичных пациентов. Культя подготавливается к протезированию, изготавливается индивидуальный протез и начинается процесс обучения ходьбе. С пациентами работает целая группа: психолог, кинетотерапевт, реабилитолог, терапевт, ортопед. Во многих странах нет такого, чтобы после протезирования пациента клали в стационар и учили заново ходить. Зачастую просто показывают, как надевать протез, как его снимать – на этом все. Мы всегда оставляем первичных пациентов в стационаре в течение месяца, чтобы они смогли уверенно выйти из центра, опираясь для подстраховки на костыли».

4 этажа цехов, 8 палат, 2 спортзала

«Где-то 60% наших пациентов стоят у РПОЭРЦ на учете с васкуларными заболеваниями, 20% – с посттравматической деформацией и где-то 3-5% – это пациенты с врожденным недугом. В основном это руки (60%) и ноги. А количество пациентов, перенесших ампутацию конечностей, в республике снижается и составляет 2987 человек», – приводит статистические данные Олег Тропин, начальник отдела первичного, сложного и атипичного протезирования. Нет нужды становиться в гигантские долговые очереди, чтобы получить бесплатную медицинскую помощь, предусмотренную законодательством РМ, будь то протез, его замена или ремонт. И даже если, к примеру, инвалидную коляску заказывали изначально не у нас, центр готов ее отремонтировать. Цех, где изготавливаются первичные гипсовые заготовки, цех по пошивке бандажей и корсетов, по сборке протезов из комплектующих местного и зарубежного производства, цех по ремонту колясок, по изготовлению ортопедической обуви – новая жизнь начинается тут. И, кстати, в цехах были и есть рабочие, которые не понаслышке знают о трудностях людей с проблемами опорно-двигательного аппарата. Нет, у них нет протезов. Есть сотрудник с установленным по всей длине ноги фиксированным аппаратом, а раньше здесь работал специалист без руки. Сейчас он на пенсии.

Изготовление самого протеза – процесс сложный. Над ним работают и инженеры, и простые рабочие, и врачи. Отсюда и особые специальности: медик-протезист, инженер-протезист, инструктор-кинетотерапевт. Приятно удивляет, что государство заботится о социальной защите инвалидов и ежегодно выделяет в бюджете Министерства труда, социальной защиты и семьи средства на их лечение, протезирование и реабилитацию, несмотря на экономически шаткое время. Бригада РПОЭРЦ даже систематически отправляется в недельные командировки по республике, чтобы инвалиды в районах также могли получать законную государственную медицинскую помощь.

«Нефункциональные или малофункциональные протезы – самые простые модели. Как правило, их делают пациентам в возрасте. Тут главное – не навредить. Допустим, мы сделаем функциональный протез пациенту в возрасте, а он, не дай Бог, упадет, – рассуждает Олег Тропин. – Обязательно учитываем причины ампутации, то, насколько человек подвижен в быту, его возраст и т.д. Функциональные (по решению медкомиссии) изготавливаем для молодых. Бионических протезов в Молдове, к сожалению, нет. Это слишком дорого, да и в основном их делают бывшим спортсменам или очень активным молодым людям. Бывает, что мы делаем пациенту самый лучший протез, а он не ходит на нем, аж самому обидно. Есть еще такие ленивые».

Первые шаги выполняются на брусьях с зеркалом напротив. Задача — привыкать к себе новому. Разминка по 20-30 минут с перерывом в 2-3 часа. И так несколько раз в день. Труд самовосстановления! Тренажеры, ходунки, мячи, велосипед, подъемы, кушетки для массажа – все это есть в наличии. В проекте у медико-технического комплекса имитация лестницы и плавный спуск, которые также будут установлены в спортзале. После того, как был установлен протез, пациент приходит на проверку через полгода. Обычно замене подлежит одна часть протеза. Как правило, после ампутации культя начинает худеть, потому на смену изготовляется деталь, которая будет максимально фиксировать конечность. Проблемы с установкой протезов случаются в основном с пациентами-диабетиками. Им трудно подобрать форму, чтобы не пошла аллергическая реакция.

«Первые годы работы мне все это снилось»

Жалобы от пациентов есть. Объективные – покраснение, небольшая трофическая язва. Мы устраняем проблему и корректируем протез. Субъективные – психологические. Тут труднее.

Дети адаптируются легче, быстрее. Чтобы они не пугались ортезов и других протезно-ортопедических изделий, как рассказал нам инженер-протезист, родителей просят дать его ребенку в руки, чтобы он внимательно разглядел приспособление. «Первые пару дней в протезе – слезы, а потом дети бегают так, что не уследишь, – удивил начальник отдела первичного протезирования. – К детям у нас подход особый, они растут быстро,  а значит, подгонка протеза еще более скрупулезная. Иногда мы даже снимаем халат, чтобы не напугать ребенка. Бывает, что и в 7-8 лет приходится протезировать. У нас были такие пациенты (парная ампутация). Но ребенок снимает протез, не понимает. В протезе, конечно, не находятся постоянно, его просто необходимо снимать. Нужен и массаж и коррекция протеза. Но его надо и разнашивать, привыкать. Ребенок должен чувствовать его, понимать происходящее. Как правило, это лет в 10 проявляется».

Женщины плачут крепко первые пару дней, когда надевают протез. Но потом они могут быстрее перенести этот удар и выйти из этого состояния. Мужчины, случается, входят в такую апатию на 1-2 недели, что приходится поработать дополнительно. «Кто берет себя в руки – побеждает. Первые годы работы мне все это снилось», – рассказывает специалист.

Добиваться для людей

Если человек нуждается в протезе, то обращаться за помощью ему придется не единожды. Центр будет вести пациента всю его жизнь. Согласно постановлению Nr. 567 от 26.07.11 об утверждении Положения о порядке обеспечения некоторых категорий граждан вспомогательными техническими средствами, определяется срок эксплуатации каждого типа протеза, ортеза, передвижного кресла, ортопедической обуви и т.д. Если надо ремонтировать – не важно, сколько раз обратился пациент, ремонт будет! Бывает, что срок протеза истек, но пациент не хочет его менять, он привык к нему. Тогда центр может частично заменить какие-то детали. Адаптироваться к такому же протезу, но уже новому – тяжело. Это сродни новой обуви, если абстрактно сравнивать. «Если пациент хочет более современный дорогостоящий протез, который мы изготовить не можем, он вправе заказать его, допустим, в той же Германии. Он обращается к нам с просьбой и заявлением, медико-техническая комиссия определяет, какой тип протеза ему необходим, затем рассчитывает его стоимость. На руки деньги не выдаем никому. Сумму в размере стоимости этого протеза РПОЭРЦ перечисляет в то предприятие, услугами которого будет пользоваться пациент. Ему остается добавить из собственных средств разницу.

Италия, Румыния, Германия, Беларусь, Россия, Украина – РПОЭРЦ сотрудничает со всеми этими странами. Бывает, для комплектации одного протеза необходимо 50 видов деталей. Один завод не выпускает весь спектр деталей, потому они закупаются дополнительно. Инженеры и техники оценивают, какая деталь к какой подойдет. Не закупаются уже готовые протезы, ведь они не подойдут человеку. Учитывается и рост, и вес, и анатомические особенности, и возраст – тут важен каждый критерий.  

«Вот сейчас у нас гостят французы, которые инициативно выступили с предложением разработать инвалидные коляски для детей с ДЦП. Мы разобрали уже 4 единичных случая. И 4 таких коляски обошлись в 37 тыс. леев. Специалисты из Франции желают запустить это массово. Так, чтобы в дальнейшем мы смогли выпускать подобные коляски самостоятельно и серийно. Это не финансирование даже, это не типичные внешние доноры. Это предложение по доброй воле. Костыли, трости, ходунки – и эти, казалось бы, незамысловатые технические средства они могут нам предоставить. Дополнительная помощь не мешает никогда, и мы благодарны, – подчеркивает Вячеслав Тизу.

– Нашему медико-техническому комплексу не хватает 3D-сканера. Конечно, это дорогостоящий аппарат, но именно он смог бы ускорить все процессы. Вакуум, сканер, отдельная установка, чтобы сделать культеприемник – в этом инновационном аппарате все взаимосвязано. Мы, конечно, не стоим на месте. Покупаем новое оборудование (шлифовальные машинки и вакуумы), возобновляем машины, закупаем материалы (акрил, силикон), чтобы изготавливать протезы в соответствии с европейскими стандартами».

Все возможное, чтобы люди не чувствовали себя неполноценными, разбитыми морально, незамеченными. Все возможное, чтобы перебороть страх и отчаяние. «Кто берет себя в руки – побеждает».

 

 

2276 0
By: /
Счастливого пути: как сэкономить в путешествии?

Как путешествовать, чтобы максимально экономить? Этим вопросом задаётся каждый. Опытом и советами, которые помогут сэкономить в путешествиях не один десяток евро, делится с редакцией BRW путешественник Герхард Манн. Летает около 10 лет, в год посещает более 15 стран. По профессии IT-шник, он увлекается фотографией и обучает детей иностранным языкам.

1057 0
By: /
Общежития изнутри. USM, ASEM, UASM

Считается, что самая яркая студенческая жизнь у тех, кто поступает на учебу в чужой город и заселяется в общежитие. Здесь, ошибившись дверью, можно найти новых знакомых, здесь приходится занимать очередь у плиты и нередко засыпать под крики в коридоре. И всё это за сравнительно низкую плату. Решили проверить, в каких условиях живут студенты в общежитиях, предоставленных Государственным университетом, Молдавской экономической академией и Аграрным университетом.

3218 0