By:

«Погребенный великан» Кадзуо Исигуро: Средневековье, драконы, проклятье памятью

В рамках ежемесячных литературных бесед BRW-Magazine знакомит вас с творчеством наиболее выдающихся писателей современности. Мы уже говорили о Джонатане Франзене, Ханье Янагихаре, Хавьере Мариасе и Джоне Максвелле Кутзее, советовали к прочтению рассказы Элис Манро и Джорджа Сондерса, романы Джеффри Евгенидиса и Марио Варгас Льосы. Настало время рассмотреть последний роман одного из самых ярких писателей современной Великобритании Кадзуо Исигуро.

«Написано в Великобритании» — всегда выглядело своеобразным брендом качества в мире художественной словесности. И если ген писательского мастерства в природе и существует, на острове друидов и Стоунхенджа недостатка в нем нет. Даже одна из главных литературных премий мира, Букеровская, вручается именно на Британских островах. Все козыри – в рукав потомков короля Артура.

Однако что есть английская литература сегодня? Где границы между литературой английской и литературой англоязычной? Все чаще на авансцену этого вида искусства сейчас выходят авторы, происходящие из разных культур, но ассимилировавшиеся и влившиеся в хор голосов литературы той или иной страны. В современной британской словеcности даже появился термин «постколониальная литература». Для удобства им объединяют тех авторов, которые будучи представителями другой культурной традиции, стали писателями Великобритании. Более того, приток всего нового и свежего в современную английскую литературу приходит именно из неевропейских традиций. В старое тесто добавляют новую закваску, и в результате рождается нечто совершенно новое.

«Постколониальная литература» Великобритании — это, к примеру, творящий в стилистике «магического реализма» уроженец Пакистана Салман Рушди, прославленный романом «Дети полуночи» и проклятый исламским миром за свои печально известные «Сатанинские стихи». Это Зэди Смит, чьи предки переехали в Англию с Ямайки и самый известный роман которой, «Белые зубы», посвящен проблеме ассимиляции в чужую культуру.

К «постколониальной литературе» можно отнести и Кадзуо Исигуро, родившегося в Нагасаки, но в детстве, вместе с семьей, переехавшего в Туманный Альбион и воспитанного англичанином. Японец, в котором не осталось ничего японского? Британец японского происхождения? Как выразился однажды сам Исигуро: «Я понял, что Япония, которая была так дорога мне, на самом деле существовала лишь в моем воображении». Цепляться за призраки прошлого, которые мешают жить настоящим, — роскошь, которую в рамках единственной в вечность жизни мы себе позволить не можем. Да и вопросы этнической принадлежности становятся все более условными в мире глобальных миграций и взаимосмешения культур. Все, что остается, — искусство, которое всегда универсально, если оно высшего класса.

Творческий метод Кадзуо Исигуро

Кадзуо Исигуро. Погребенный великан, BRW Magazine, www.brw.md

Комментируя жанр, в котором работает, Кадзуо Исигуро определяет его как «международный роман». По мнению писателя, в XXI веке произведение искусства должно быть близким представителям разных стран и культур, обращаться к универсальному опыту человечества, избегая сугубо локальных, местечковых тем. Быть автором «международных романов» Исигуро с его мультикультурной идентичностью удается успешно.

Часто писателя называют и хамелеоном английской литературы. Ни один роман Исигуро не похож на другой. Все его произведения намеренно написаны в различных жанрах и разным стилем, как будто создавались каждое отдельным автором. В своей многоликости Исигуро наследует отцу британского постмодернизма Джону Фаулзу, который переосмыслив бартовский постулат о «смерти автора», считал, что личность писателя лишена власти над произведением и не должна в нем выражаться. Каждое новое творение писателя потенциально содержит портрет нового автора. Как и портрет нового читателя.

Лучший роман Кадзуо Исигуро — «Остаток дня» (The Remains of the Day, 1989), психологическая драма, созданная в реалистическом русле и представляющая пространный внутренний монолог дворецкого Стивенса. «Остаток дня» признан одной из «самых британских» книг двадцатого столетия и заслуженно получил своего Букера. И то, что одну из «самых британских книг», написал этнический японец — замечательный комментарий к состоянию современного мира. И, конечно, результат огромной работы человека, максимально постигшего культуру, в которой ему суждено было оказаться.

Самый известный роман Кадзуо Исигуро — «Не отпускай меня» (Never Let Me Go, 2005), который мы уже советовали вам, когда говорили о значительных книгах начала двадцать первого столетия. В «Не отпускай меня» писатель заигрывает с фантастикой и антиутопией, однако выворачивает заявленные жанры наизнанку.

Его последний «Погребенный великан» (The Buried Giant, 2015) тоже представляет собой жанровую игру. Очень условно его можно отнести к фэнтези. Исигуро обращается здесь к временам Британии после короля Артура: Британии рыцарских подвигов, коварных драконов, злых огров и лукавых эльфов. Все атрибуты и шаблоны жанра на лицо. Однако Исигуро настолько умело ими сжонглирует, что в финале выведет читателя на произведение, не укладывающее ни в одну жанровую матрицу.

Заколдованные туманом

Британские острова VI века. Населявшие их издревле бритты подверглись вторжению племен саксов с материка. Отгремела слава почившего короля Артура, сдерживавшего саксов и мешавшего завоеванию страны. На территории будущей владычицы морей после череды междоусобиц установился мир. Бритты и саксы компактно поделили острова. Память еще хранит обиды кровопролития, но жизнь идет своим чередом. Бриттские и сакские деревеньки обмениваются жителями, гремят смешанные свадьбы. Время дождит.

Однако не все в порядке в Британском королевстве. И дело даже не в том, что как на саксов, так и на бриттов наводят страх нападения огров и мощь жестокой драконихи Квериг. По холмам и равнинам Альбиона расстилается хмарь, проникая ночами во сны, заползая в дома и за шиворот. Она отбирает у людей воспоминания. Люди живут в состоянии тотальной амнезии и мечтают, чтобы проклятье хмари однажды было снято с их земель.

Таков исторический и легендарный бэкграунд «Погребенного великана». Перед нами одновременно и рассказ о том, как зачиналась Англия, и аллегорический рассказ о тотальной потери памяти, в чем-то сравнимый с повествованием о другой метафорической эпидемии в литературе – в «Слепоте» португальца Жозе Сарамаго.

Сюжет романа начинает завязываться в одной из бриттских деревенек, где счастливые полвека вдвоем прожили Аксель и Беатриса, пара, никогда не знавшая ссор. Их тяготит только то, что сын Акселя и Беатрисы живет не с ними, а в другой деревне. С желания навестить его клубок и покатится. Пара стариков отправится в опасный путь с единственной целью — добраться до деревни сына.

По сюжетной структуре «Погребенный великан» — роман-путешествие, роман-дорога. Аксель и Беатриса встречают на пути незнакомцев, попадают в опасные происшествия. В романе будут переправы через бурлящую реку, завороженные холодом камня средневековые монастыри с подземельями, скрывающими жутких созданий. В легендах скитальцев дорог Альбиона будет упоминаться мифический остров посреди моря, на который вместе могут переправиться только те пары, которые действительно любили друг друга, а не принимали за любовь привычку, боязнь одиночества, послушное повиновение социальной норме.

Кадзуо Исигуро. Погребенный великан, BRW Magazine, www.brw.md

Исигуро отсылает каждого взявшего в руки «Погребенного великана» к опыту детского чтения, погружает в уютную, добрую атмосферу сказки с ее мотивами путешествий и приключений. Писатель дает читателю релаксирующую возможность вновь почувствовать себя ребенком, воскресить литературные впечатления первых лет жизни. Однако — только первоначально.

Аккуратно он вводит в роман аллюзии на средневековую английскую литературу, напитывает повествование легендами, преданиями и историей Британии, при этом с лихвой пользуется арсеналом как психологического романа, так и романа-притчи, романа-аллегории. Писатель не столько обращается к жанру фэнтэзи, сколько пытается создать современный образец рыцарского романа. Некоторые моменты он намеренно стилизует под средневековые тексты. Например, как и в эпических поэмах, рыцари ведут здесь велеречивые, избыточные диалоги. Со страниц «Погребенного великана» в читателя поочередно вглядываются «Беовульф», «Смерть Артура» Томаса Мэлори, «Сэр Гавейн и Зеленый Рыцарь». Изучавшие историю английской литературы с лихвой отыщут зашифрованные аллюзии.

Однако и игра в рыцарский роман тоже обманчива. Избавим читателя от пересказа перипетий сюжета, лишь упомянем, что когда будет снято с Британских островов проклятие хмари, рассеется туман и над самим «Погребенный великаном». Он окажется не литературным Змеем Горынычем с головами различных жанров, а философским романом о памяти и беспамятстве.

Беспощадная кара памяти

Кадзуо Исигуро. Погребенный великан, BRW Magazine, www.brw.md

Тотальная амнезия, в которую погружены персонажи творения Исигуро, становится своего рода метафорической условностью. Память – великое богатство каждого из нас или же проклятие, на которое мы обречены? Этим сложным вопросом задается писатель, проводя героев в финале по лабиринтам воспоминаний, не всегда освещенным светом, а часто мрачным и ненастным. Останутся ли отношения Акселя и Беатрисы такими же безоблачными, если эти двое вспомнят в деталях прожитую жизнь? Есть ли вообще у них сын? Сумеют ли сохранить хрупкий мир бритты и саксы, вынужденные, по жесткой иронии истории, делить одну и ту же землю? Итог Исигуро горек и неутешителен. Без памяти всем было плохо. Но после ее возвращения стало только хуже. В этом печальная ирония произведения. Вопреки шаблонам легенд и мифов, снятие проклятие не приносит избавление, а, напротив, приводит к катастрофе.

Иногда забывать означает двигаться дальше, намекает нам всем Исигуро. Возврат к прошлому всегда несет разрушительные последствия.

Погребенный великан, вынесенный в заглавие, — аллегорический образ романа. Каирном великана в книге называют груду тяжелых камней выше человеческого роста, покоящуюся где-то на пустырях Британии.

Рядом с каирном великана обитает наводящая ужас на жителей островов дракониха Квериг. Здесь сойдутся в финале пути всех персонажей произведения, и здесь же сюжет будет перевернут на 360 градусов, а все жанровые схемы и читательские ожидания разрушены. Погребенным великаном окажется память, причем не столько личная, сколько коллективная. И пока этот великан дремлет в глубине земли, заключает писатель, жизнь продолжается. Но стоит его разбудить, и начнется непоправимое.

Исигуро намеренно сосредотачивает много внимания в книге на отношениях бриттов и саксов, их размолвках, невозможности взаимного прощения, глубоко затаенных в сердце обидах. Бриттов и саксов разделяет прошлое. История. Которая всегда несправедлива. В которой нет правых, так как кровь на всех. И виноваты тоже все. И пока саксы и бритты будут топтаться на болезненных ранах истории и тем самым будить великана, каждый из двух народов обречет свою землю горю.

Саксам и бриттам нужно отказаться от зацикленности на прошлом, которое их разделяет, и строить будущее – общее для всех. Для потомков, которые будут уже не саксами и не бриттами, а англичанами. Иначе – пропасть и провал. Только общая устремленность к будущему для каждого без исключения спасет проклятые земли.

Поэтому великана нужно похоронить. И отпустить. Бессмысленную вражду языков, религий, национальностей – прекратить раз и навсегда. И поставить в финале жирную точку, после которой все начать с пустой страницы.

Не менее горьким оказывается в «Погребенном великане» и план личной памяти, сконцентрированной в отношениях Акселя и Беатрисы, таких безоблачных во времена хмари, отравленных пробуждением в финале. Идеальной любви не бывает. Пора это всем уяснить. И навсегда. Все – только иллюзия. В конце она рассеется. Резко изменится и повествователь, а сюжет уйдет в легенду об острове, куда вдвоем можно переправиться лишь немногим. Весь роман окажется лишь прологом к этой легенде. И к ее ожидаемому, терпкому, но глубокому финалу.

«Погребенный великан» — роман-отрезвление, роман-предупреждение. Не стоит иногда будить гигантов, которые, проснувшись, разрушат все большие и маленькие города на своем пути. Неважно, погребены ли эти великаны в памяти народов или в межличностных отношениях отдельно взятых людей, будь это друзья, супруги или коллеги. Забвение может оказаться спасительным. Итог исследования Исигуро памяти неутешителен. Однозначных ответов не найдено. Рецепта, помнить или забыть, не дано. Его и не может быть. Читатель останется один на один с вопросами, на которые отвечать предстоит только ему. Но за то разворошенное состояние, в котором оставляет Исигуро читателя, обрывая действие на полуслове, «Погребенного великана» следует прочитать однозначно.

Читайте также:

By: /
Лучшие книги XXI века. Версия BRW Magazine

Предлагаем подборку двадцати художественных произведений начала нового столетия, с которыми в обязательном порядке стоит познакомиться каждому образованному человеку.

2006 0
By: /
«В час битвы завтра вспомни обо мне» Х.Мариаса — самый глубокий роман о призраках

В новом обзоре предлагаем к прочтению роман испанского автора Хавьера Мариаса «В час битвы завтра вспомни обо мне» — о «привидениях», иногда вторгающихся в наши жизни из прошлого.

733 0