By:

Жестокая педагогика. Учитель против школьника, что делать родителю?

Истории про школу, которые широко обсуждаются сегодня, - это истории про власть, травму, насилие и коррупцию. Почему школьная система не выдает своих, как родителям противостоять круговой поруке, о проблемах контроля и этики в отношениях учитель-ученик - в беседе BRW.MD с председателем общественной организации «Părinţi solidari» Аллой Ревенко.

Школы, в которых мы проживаем самое уязвимое десятилетие нашей жизни, превращаются в травмирующую среду. Закрытость, социальное исключение и эмоциональное насилие – три невидимых инструмента власти и подавления, в худшем случае, их дополняют сексуальный абьюз, физическое насилие и коррупция. 

— В этом году мы стали свидетелями ряда резонансных скандалов, сотрясающих систему образования. Почему насилие в школах разрослось до таких пугающих масштабов?

Насилие в школах приобрело такой размах, потому что администрация не принимает меры, а в некоторых случаях прикрывает произошедшее. Если раньше, даже пять лет назад, отношение к агрессии в школах было несколько иным, начальство было более строгим, учителя признавали свою вину, то сегодня, как показывает практика, администрация совместно с преподавателями делает всё, чтобы скрыть произошедшее. Конечно, так происходит не во всех школах, но четкая тенденция есть. 

Есть три ключевых момента, почему администрация школ не идет на сотрудничество. Первый – страх перед судебными тяжбами. Сегодня в Молдове очень важна судебная сторона вопроса. У нас были случаи увольнения учителей, которые потом восстанавливались в должности через суд, потому что не было доказательной базы, подтверждающей факт проявленной агрессии. Здесь действует принцип презумпции невиновности: суд рассматривает и оценивает обстоятельства жалобы, и если нет доказательств, если была нарушена процедура увольнения, то даже если человек был виновен, его восстанавливают в должности. 

В ноябре 2019г. учащиеся лицея им. Иона Ватаману, в Страшенах, объявили бойкот и отказались посещать уроки учительницы биологии Марианны Корноголуб. В 2018 году она была уволена за психологическое давление на детей. Учительница опротестовала решение администрации лицея в Апелляционной палате и вернулась в лицей на прежнюю должность.

— Чтобы избежать лишней головной боли, администрация школы или садика, вместо того, чтобы углубиться в вопрос и работать над проблемой агрессии в школе, прикрывает прецеденты, чтобы не иметь последствий в виде судебных тяжб. Поэтому мы советуем всем родителям проводить сбор доказательств посредством регистрирования (аудио, видео), потому что «на словах» доказать сам факт агрессии будет сложно или даже невозможно, и на обращение родителя, администрация отвечает: «Доказательств у вас никаких нет, так что сделать мы ничего не можем». 

Второй ключевой момент – нехватка учителей, которая также влияет на решение администрации не обнародовать произошедшее. 

И третий момент – неформальный сбор денег. Это – веский аргумент, чтобы не выставлять напоказ проблемы, происходящие в школах. Потому что, во-первых, администрация теряет часть своей системы, которая приносит определенный доход, и частично решает неформально финансовые проблемы учреждения, а частично и самого руководства, в зависимости от того, как распределяются фонды. А во-вторых, администрация избегает риска раскрытия, потому что после взыскания или увольнения, учитель может рассказать о нарушениях, в которых участвует и сама администрация. В незаконных схемах сбора денег учителя и администрация «повязаны». Вот те три составляющих, почему у нас нет интереса администрации школы или садика решить вопрос с нарушениями, актами давления или психологического и физического насилия. 

Если вы узнали, что ваш ребенок стал «мишенью» учителя 

— В ситуациях, где в конфликт вовлечен ребенок и педагог, родители оказываются между молотом и наковальней. С одной стороны, если они не вмешаются, то не смогут защитить ребенка, с другой стороны, есть беспокойство, что из-за вмешательства ребенок может оказаться под давлением не только со стороны того самого педагога, но и администрации, других учителей и даже своих одноклассников. Что все-таки делать и как?

— Вмешаться. Нет обязательной процедуры, предусматривающей порядок подачи жалобы. Можно направить письменную жалобу сразу в Минобразования, либо сначала обсудить проблему с дирекцией школы. Мы рекомендуем в качестве первой меры разговор с директором. После чего в течение не более двух недель подождать мер по отношению к учителю. Если меры не принимаются, учитель продолжает вести себя так же, или началось какое-то давление на ребенка, то нужно написать обращение в министерство или  в районные управления образования, когда  речь идет о районах. И очень важный момент – нужны доказательства, т.е. видео-аудио-регистрация фактов насилия, свидетели и т.д. Как я уже говорила, без этого факт агрессии доказать будет сложно.

Также, если родитель знает, что родитель другого ребенка уже обращался к дирекции по этой проблеме, и уже была письменная жалоба, но не было предпринято никаких мер, то не следует терять время. Однозначно нужно писать в министерство, попросить поднять жалобы на данного преподавателя и какие меры по данным жалобам были предприняты. Тогда администрация не сможет скрыть факт нарушений. 

bad teacher, www.brw.md

-У родителей есть страх, что если они пойдут дальше, вплоть до министерства, то у их ребенка появится еще больше проблем в школе…

— Для Кишинева есть возможность сменить школу. Сложнее в селах, но в районах подобных ситуаций меньше, там все-таки люди друг друга знают, информация о том, что учитель ведет себя, как агрессор, обсуждается в местном сообществе, поэтому учителя в районах больше подвержены общественному осуждению, даже без письменных жалоб. А в Кишиневе ситуация другая, здесь больший спрос на учителей и больший выбор рабочих мест, в селах же и малых населенных пунктах для выпускников педагогических факультетов остаются для работы только школы, садики и примэрия. Поэтому те, кто работает в селах и маленьких городах, более человечны, скажем так. Как показывает практика, больше случаев нарушений приходится на столицу и большие города. 

— Есть ситуации, когда родители боятся вмешиваться из страха, что ребенку будут снижать оценки…

— Я считаю, что наши родители придают оценкам слишком большое значение и учителя, зная это, манипулируют. Потому что в случае снижения оценки на один или даже два балла, для ребенка в будущем это не сыграет значительную роль. Сегодня работодатели смотрят не на оценки, а на компетенции. Никто не будет смотреть, с каким средним баллом по школе он закончил учебу. Шансы попасть на бюджетное место в университет также не актуальны. Поэтому лучше мотивировать ребенка приложить дополнительные усилия к учебе и знаниям, не обращая внимания на оценки, чем пытаться ради оценок выстраивать «доверительные» отношения с преподавателем.  Не стоит зацикливаться на оценках. И, в крайнем случае, можно попросить, чтобы другой преподаватель провел с ребенком дополнительное тестирование, чтобы проверить его действительный уровень знаний. 

Преступление и наказание. Не по Достоевскому…

Власть, отданная в руки администрации и учителей, рудиментарное представление о  непререкаемом учительском авторитете, помноженное на круговую поруку, закрытость системы и незаконные сборы денег, ведет школы к трансформации в территории принуждения, пронизанные эмоциональным насилием. В этих условиях невероятного уважения заслуживают учителя, которые остаются порядочными людьми и профессионалами своего дела. И им – поклон. Но система, в целом, у нас давно сбоит. Психологический прессинг может приобретать монструозные формы, как в случае с лицеем «Сократ» или маразматично-военизированные, как в случае с лицеем «Василе Александри» в Унгенах, где был введен регламент, по которому всех учащихся мальчиков обязывали носить стрижки с длиной волос не более трех сантиметров.  

— Если было доказано, что учитель подвергал ученика агрессии, какое последует наказание? 

— Согласно Трудовому Кодексу у нас есть несколько уровней дисциплинарных взысканий, начиная от предупреждения, далее — выговор, строгий выговор и увольнение. Т.е. как минимум, должно быть применено минимальное административное дисциплинарное взыскание, например, предупреждение. Если ситуация повторяется, то должно быть более строгое взыскание. 

Даже однократное применение психологического насилия является достаточным для увольнения по статье. Трудовой Кодекс РМ, Ст. 86. п.1: n) применение (в том числе однократное) педагогическим работником к воспитанникам физического или психического насилия, m) совершение работником, осуществляющим воспитательные функции, аморального проступка, несовместимого с занимаемой должностью.

— Мы учим детей тому, что у них есть права и что они не должны терпеть насилие. Но, когда это случается и преподаватель действительно виноват, он получает, например, предупреждение. Это санкции со стороны системы, но есть и моральная сторона вопроса: должен ли преподаватель извиниться перед ребенком?

— Хороший вопрос, потому что на уровне моральных действий, это нигде не обозначено. Извинение учителя возможно только, если он понял свою ошибку и захочет восстановить нормальные отношения с ребенком. Но думаю, такие ситуации даже не будут выходить за рамки класса, т.е. это извинение тет-а-тет.

— Я не имею в виду пример Раскольникова и публичное покаяние на Кафедральной площади, но мы учим детей, что в случае, когда они неправы, они должны извиниться. А пример, который они видят от учителей, учит их обратному…

— Вот недавняя ситуация в лицее «Сократ», когда администрация пыталась привести какие угодно аргументы, чтобы только не извиниться и не сказать: «Извините, мы были неправы, мы постараемся этого больше не допустить». Хотя были явные доказательства агрессии в отношении первоклассников, однако администрация и учителя делали все, что угодно, вплоть до флешмоба преподавателей, которые вышли и превратили себя в жертв, вместо того, чтобы понять, что что-то не так идет в системе. Вот такая у нас на сегодня ситуация – образовательная система не готова принимать негативный фидбэк, хотя он реальный, и улучшить свою работу. Школьная система реально не готова принимать претензии своих же клиентов, потому что в действительности родители и дети – клиенты образовательной системы. Родители платят налоги, из которых и выплачивается зарплата преподавателям, чтобы предоставить образовательные услуги. Соответственно, эти услуги должны быть качественными и претензии клиентов должны учитываться.

Учитель – ученик: иерархия, контроль и этика

— Насилие в школе — это не только рукоприкладство и ярко-выраженная психологическая агрессия. Если учитель ударил школьника, если он показательно унижает одного ученика, чтобы остальные перед ним трепетали, у нас не возникает сомнений в том, что это неправильно и непедагогично. Но есть ситуации, когда сложно определить границы между ответственностью учителя, прессингом и нарушением личного пространства учащихся. Например, некоторые лицеи ввели негласную практику мониторинга страниц учеников в соцсетях с фейковых аккаунтов. В принципе, эти данные находятся в открытом доступе, поэтому здесь не может идти речи о нарушении частной жизни, но насколько это этично со стороны учителя?

— Я бы сказала, что это даже неплохо, если есть мониторинг со стороны учителя, особенно, если это классный руководитель. Я, в принципе, считаю, что достаточно правильный преподаватель, захочет знать, какие у детей проблемы, интересы, и не находятся ли они в ситуации риска. Если мониторинг направлен на предупреждение возможных проблем и предостережение детей, которые, возможно, находятся в ситуации риска, полагаю, это неплохо. Но если это делается с целью унизить ребенка, то, конечно, это недопустимо. Это та этическая грань, которую не должен переходить учитель. 

Беседа должна быть направлена на предупреждение каких-то неприятностей, в которые может попасть ребенок, однако, разговор должен быть доверительным, деликатным и, конечно же, не при всем классе. Если ситуация приобретает угрожающие размеры, то считаю, что учитель вправе предупредить родителей. Но если предупреждение родителей делается с целью унизить ребенка или высказать родителю, какой у него плохой ребенок, или какие они плохие родители, и показать свое превосходство, это – неэтично и недопустимо. В наших школах есть серьезный перекос в эту сторону: в школу вызывают родителей даже по незначительным поводам, когда достаточно было бы поговорить с самим ребенком и объяснить ему, что так вести себя нельзя. 

— До сих пор во многих школах и лицеях сохраняется практика дежурств в столовых во время уроков. Это как оценивать?

— Раньше у нас подобная практика была очень распространенной. Я считаю, что включение детей в общественную деятельность, это, в принципе, очень хорошо. Но дежурство в столовой во время уроков — неправильно. В принципе, это проблема столовой, или экономических агентов, которые выигрывают тендеры на обеспечение питания в школах. Они должны организовать этот процесс вместе с руководством школ правильно, а не за счет учеников, которых забирают с уроков, чтобы накрыть столы. 

  А уборка территории школы по субботам и не добровольно, а под угрозой двойки в журнале по предмету классного руководителя? 

— Скорее всего, дворник есть, и он получает зарплату и, возможно, получает еще и от родителей дополнительные средства на уборку и чистоту территории. Такая ситуация неправильна. Когда детей привлекают к общественной деятельности – это хорошо, но это должно быть добровольно, т.е. с правом выбора, а значит и школа должна уметь заинтересовать. Школа должна научиться привлечь учеников к добровольном акциям или общественно-полезным работам (как та же посадка деревьев на весеннем субботнике), вне времени уроков, и должна найти возможности для поощрения. Допустим, класс может получать дополнительные пункты и в итоге отправиться на экскурсию за счет школы. Но, если речь идет о принудительных дежурствах, уборке территории, тем более, за счет уроков, не думаю, что это законно. 

За каждой цифрой – чья-то травма

Истории домогательств, физического насилия и психологической агрессии, попадающие в СМИ, — видимая верхушка айсберга, которую не удалось замолчать. Комплексные масштабные исследования проблемы психологического и физического насилия в лицеях, гимназиях и школах республики на сегодня отсутствуют, но и имеющиеся данные заставляют снять розовые очки с тех, у кого они еще остались. 

По данным опроса, проведенным среди родителей, при поддержке фонда СОРОС, 12,6% респондентов отметили, что учителя оскорбляют учеников, 9,5% заявили о маргинализации учеников, 5,4% указали, что учителя обзывают учеников, и даже бьют учащихся — 5,3%. 

Дополняют статистику насилия и данные Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ), опубликованные в 2018 году, в соответствии с которыми Молдова заняла третье место в рейтинге европейских стран с самым высоким уровнем насилия в школах. Более трети молдавских школьников подвергаются физическому или психологическому насилию: 39% школьников в возрасте от 13 до 15 лет участвовали в драках, а 35% подверглись насилию со стороны сверстников. По данным Генерального инспектората полиции, в 2017 году было зарегистрировано 22 случая, в которых агрессором выступал учитель. 

P.S. Готовясь к публикации, журнал BRW.MD провел небольшое исследование среди выпускников лицеев 2016-2019 годов, попросив указать, как именно проявлялось агрессивное отношение учителей по отношению к учащимся. Лидируют в топе «воспитательных мер» крик, оскорбления и мат, также не гнушаются «учителя» кинуть тряпку от доски, учебник или связку ключей в ученика, выговаривать ученику перед всем классом, какой он «тупой», «вы все страдаете из-за него», т.е. инициировать травлю. К исключительным случаям можно отнести истории о мобильных телефонах, которые «учитель» швырял в стену, и факты физической агрессии, когда «учитель» бил ученика. Случаи физической расправы, действительно, можно отнести к исключительным, но  публично обруганы, высмеяны, унижены, подвергнуты тому или иному виду эмоционального насилия в разных школах, увы, бывали почти все. 

524 0
Читайте также:

By: /
Medieval 2017. Fifth Tower

В конце августа в Сорокской крепости состоялся грандиозный средневековый фестиваль "Fifth Tower 2017". Попасть в Молдавское княжество XII-XVI веков и даже, быть может, почувствовать себя героем «Игры престолов» мог каждый посетивший мероприятие. BRW-Magazine не остался в стороне, совершил путешествие во времени и теперь представляет фоторепортаж с прошедшего события.

5305 0
By: /
«Лунный свет». Морская элегия

Инди-драма Барри Дженкинса «Лунный свет» была названа Американской киноакадемией «лучшим фильмом года» 2017. Помимо этого он получил еще две оскаровские статуэтки – за лучший адаптированный сценарий и лучшую мужскую роль второго плана (Махершала Али). Почему «Лунный свет» – действительно выдающееся произведение искусства, которое непременно нужно посмотреть, разбираемся вместе с BRW.

3522 0