By:

Избиение пациентки в больнице Кодру. Медперсонал «закрывает глаза», власти не спешат вмешиваться, в экспертизе отказывают

Забудьте о том, кто вы сейчас. Представьте: ваш мир сузился до больничных стен закрытого отделения психлечебницы. Вам - 20 лет, а по уровню развития вы - ребенок. Вас окружают чужие люди. Взрослые. Те, которых тоже лечат, и те, которые в белых халатах. Вас здесь бьют. Родные люди, которые могут защитить, больше не приходят. Вам страшно и больно. Вас не бросили, но вы об этом не знаете. Родных не пускают врачи. Маму и бабушку отделяет от вас всего десяток шагов, но запертые двери и белые халаты делают их непреодолимыми. И вы ничего не можете сделать со всем этим. Люди, принесшие клятву Гиппократа, оставили вас один на один с насилием, страхом и беспомощностью.

Три дня, с 14 по 16 сентября, Ирина Ротарь пыталась увидеть дочь, находящуюся на стационарном лечении в психиатрической клинической больнице Кодру Костюжень. Три дня врачи говорили, что это невозможно — пациентка спит после укола снотворного, это — необходимая часть лечения, сейчас её лучше не беспокоить. Только вечером 16 сентября, по настоянию бабушки, нянечки привели девушку. Оказалось, она — избита. На нижней части тела расплылись обширные синяки. На следующее же утро мать сделала снимки дочери и потребовала объяснений у лечащего врача и заведующей. По словам Ирины, те сказали, что удары пациентка нанесла себе сама, дескать «кровати новые, матрасы маленькие, она сама бьется о них (о кровати – прим. ред.) ногами». В то же время две пациентки отделения сказали Ирине, что её дочь избивают сотрудники учреждения. Обеспокоенная мать решила не оставлять дело на самотёк. В понедельник, 18 сентября, она обратилась в прокуратуру сектора Буюкань, откуда ее перенаправили на Ботанику, а с Ботаники – в прокуратуру сектора Центр. В итоге, заявление удалось оформить только в среду утром, 20 сентября. Со слов Ирины Ротарь, служащая прокуратуры, оформлявшая заявление, отнеслась к ней враждебно. Опасаясь, что жалобе не будет дан ход, Ирина написала заявление и в полицию. Кроме того, столкнувшись с бюрократическими проволоками, 19 сентября она выложила фото избитой дочери в соцсеть, чтобы привлечь внимание общественности. Пока мать бегала по инстанциям, состояние дочери ухудшалось. «Каждый день мы видели, что у дочери появляются новые синяки», — рассказала Ирина на пресс-конференции в IPN. Следы побоев были уже не только на теле, но и на лице.

На просьбу матери о помощи в соцсетях отозвался Институт по Правам Человека в Молдове (IDOM). Психиатрическая больница Кодру давно на особом контроле правозащитников. Только за 2016 год было возбуждено 4 уголовных дела, связанных с нарушением прав человека в стенах этого лечебного учреждения. Как пояснил представитель IDOM Думитру Руссу, речь идет о незаконном удержании и негуманном лечении пациентов.  Случай дочери Ирины Руссу во многих отношениях особый. В нем сошелся ряд нарушений и проблем, связанных с соблюдением и защитой фундаментальных прав пациентов психиатрических стационаров и психоневрологических интернатов.

Центр Судебной Медицины не видит повода

Вечером 20 сентября мобильная группа IDOM в составе двух адвокатов и эксперта по правам человека, прибыла в психиатрическую больницу Кодру, чтобы проверить информацию, опубликованную в социальных сетях. Как выяснили сотрудники IDOM, администрация больницы «была не в курсе» того, что их пациентка подвергается жестокому обращению и нуждается в оперативной защите и помощи. Она по-прежнему оставалась в том же отделении и под наблюдением того же медперсонала. Выяснилось также, что ни прокуратура, ни полиция еще не отреагировали на заявление Ирины Ротарь. Их представители так и не прибыли в больницу для проверки поступившей жалобы.

«По всему телу девушки были синяки и царапины», – описывает увиденное адвокат IDOM Александру Чебэнаш. Представители IDOM незамедлительно вызвали полицию и скорую помощь. С администрацией больницы была согласована немедленная транспортировка девушки в Центр Судебной Медицины. Нужно было срочно определить происхождение травм, степень тяжести и т.д. Кроме того, вызывало беспокойство эмоциональное и физическое состояние пострадавшей. Действовать нужно было немедленно. Однако, механизм оперативной защиты прав пациентки психиатрической клиники разбился о порог Центра Судебной Медицины.  «Даже не взглянув на Кристину, медик заявил, что это – несрочный случай, —  рассказывает Александру Чебэнаш. – Нам сказали «приезжайте завтра, а там мы решим, будем ли мы делать судебно-медицинскую экспертизу». И это несмотря на официальное направление на проведение экспертизы, присутствие адвокатов, полиции, врачей скорой, доставивших пострадавшую, и ее матери.

Кристина Ротарь, BRW Magazine

Комментируя отказ врача Центра Судебной Медицины, адвокат Александру Чебэнаш обращает внимание на нарушение законодательства РМ. В случаях связанных с жестоким обращением и пытками, закон обязывает медиков Центра Судебной Медицины провести необходимые экспертизы в срочном порядке. «На лицо были свидетельства жестокого обращения. Судебно-медицинская экспертиза должна быть проведена в обязательном порядке, даже без того, чтобы было начато уголовное расследование. Несмотря на то, что в случае с Кристиной было выполнено даже больше условий (представители полиции, направление на проведение этой экспертизы), медик отказал в обследовании и оказании врачебной помощи. Он видел синяки и царапины на лице Кристины, видел ее психоэмоциональное состояние (девушка плакала), но сказал, что это – случай не срочный».

В этом контексте вырисовывается серьезная проблема, связанная с монополией Центра Судебной Медицины на проведение судебно-медицинских экспертиз. «Это — государственное учреждение, возможности провести экспертизу в частных учреждениях нет. Если государственное учреждение является монополистом, всегда остаются риски, что государство будет защищать госслужащих», — считает Александру Чебэнаш.

Судебно-медицинскую экспертизу Кристине удалось провести только на следующий день и, как уточняет адвокат, только по требованию прокурора, который взялся за это дело.

Оставленные на заклание

Физическое насилие, бесчеловечное и унизительное обращение остается нерешенной проблемой психоневрологических учреждений Молдовы. По данным Докладов о соблюдении прав человека в странах мира за 2016, в Молдове пациенты психиатрических стационаров и психоневрологических интернатов, находящихся в ведении Министерства здравоохранения, подвергаются изнасилованию, физическому насилию, принудительным абортам, трудовой эксплуатации, лишению свободы и насильственному применению лекарственных средств.

В настоящее время лица с психосоциальными и умственными расстройствами, находящиеся в интернатах и психиатрических больницах, остаются наиболее уязвимыми для злоупотреблений со стороны медперсонала.

Как показывает судебная практика, жестокое обращение и пытки могут длиться годами. Среди подобных примеров — дело врача из интерната г. Бельцы, арестованного в 2013 году.

Он систематически насиловал пациенток, страдавших психическими заболеваниями. Жертвам своих сексуальных домогательств он сделал 18 принудительных абортов. Одна из семнадцати жертв, выявленных в ходе расследования, была найдена мертвой в 2014 году, а вторая скончалась при невыясненных обстоятельствах в том же году. Правозащитные НПО бьют тревогу — учреждения интернатного типа связаны с высоким риском физического насилия, также в психиатрических учреждениях отмечается значительно более высокий уровень смертности, чем в других медучреждениях. Однако, власти не расследовали причины смерти этих пациентов.

Масштабы общей катастрофы оценить сложно. Пострадавшие часто не сообщают о случаях жестокого обращения. Как отметил Думитру Руссу это — проблема системы, а точнее отсутствия эффективных механизмов, которые позволили бы пациентам подобных учреждений обратиться к органам власти. В отделениях нет почтовых ящиков или каких-либо иных способов, отправить жалобу так, чтобы письмо не вскрыли на пути к адресату. Препоны для подачи жалоб самые разнообразные. В качестве «креативных» примеров г-н Руссу рассказал о ситуациях, когда людям приходится писать жалобы на туалетной бумаге, только потому, что им не дают бумагу. Сложно представить себе, как серьезно будет воспринята подобная жалоба из психиатрического заведения, даже если она дойдет до органов власти. Это почти по Булгакову, герой которого писал из психиатрической лечебницы, бесконечно мучаясь над текстом из опасений, что его заявление милиция оставит без внимания, потому что «действительно, чего доброго, за сумасшедшего примут!»

Эксперты считают, что наличие камер видеонаблюдения в психиатрических учреждениях в какой-то мере могло бы защитить пациентов, но в настоящее время в подобных учреждениях видеонаблюдение не ведется.

В случае с дочерью Ирины Руссу, ситуация усугубляется еще и тем, что она не только написать, но и рассказать не может. «Кристина тяжело больна, она не может общаться. Общается только знаками, которые лучше всего понимает мать. Девушка не может никаким образом защитить себя самостоятельно, ни физически, ни с точки зрения закона, так как признана недееспособной. Соответственно, присутствие матери, как сопровождающего лица, которое могло бы вмешаться в любой момент, необходимо. Мать изначально хотела остаться рядом с дочерью в больнице, однако администрация ответила, что внутренний регламент не предусматривает возможности, чтобы кто-то оставался с пациентом. И здесь — недостаток законодательства, поскольку закон не включает ситуации, когда присутствие близкого человека жизненно необходимо для пациента. В конкретном случае, уровень развития Кристины соответствует не взрослому человеку, а ребенку. Присутствие матери – жизненная необходимость», — очерчивает пробел на уровне законодательства, оборачивающийся человеческой драмой, адвокат IDOM Александру Чебэнаш.

Более того, поскольку Кристина находилась в стационаре государственного лечебного учреждения, то ответственность за все, что происходит с ней в это время, несет государство. Александру Чебэнаш подчеркивает, что в таких случаях первыми должны реагировать госорганы.  Именно они должны немедленно начать действовать, чтобы остановить нарушение фундаментальных прав человека – права на жизнь и физическую и психическую неприкосновенность, а не ждать, пока придут адвокаты или НПО.

Промежуточный итог

В настоящее время Кристина находится все в той же больнице Кодру. Она была переведена в другое отделение и уход за ней осуществляют другие медработники. Адвокаты IDOM отмечают, что подобное положение вещей оставляет место для опасений. Администрация больницы начала внутреннее расследование. Минздрав создал рабочую группу, которая также займется этим случаем. Прокуратура возбудила уголовное дело. Если будет доказан факт жестокого обращения со стороны работников больницы, им грозит  лишение свободы на срок от двух до шести лет, либо штраф в размере от 1150 до 1350 у. е., с лишением в обоих случаях права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от 3 до 5 лет.

1174 0
Читайте также:

Антирекорды молдавского бизнеса

В 2016 г. в Молдове было ликвидировано 4055 предприятий. Это самое крупное число компаний, закрытых за последние 16 лет. В чем причина, и что ждет бизнес в наступившем году?

885 0
By: /
Нобелевские лауреаты-2016

Транспорт для лекарства от рака, механизм торможения старения, «странные» формы материи – кому и за какие достижения была присуждена Нобелевская премия в 2016 году?

713 0